Я вспомнила, что и сама когда-то была очень требовательна к своему старшему сынишке, Андрюшке. Много работала, уставала, не оставалось сил для полноценного общения с малышом…а только требование от него несвоевременной взрослости, и взрослого понимания моих проблем…

А потом случилось увольнение. И спустя время я поняла, что это сама судьба притянула меня таким образом к сыну. Все, что произошло – было очень вовремя. Ситуация выдернула из денежной, но постылой ночной работы и больше не гнала в серую госструктуру, а напомнила о том, что для меня дороже всего на свете. Жизнь сама подарила полгода полноценного общения с моим малышом, такого необходимого и такого долгожданного для нас обоих.

В то время моя бабулечка, чистый Ангел, была ещё жива. Она, не покладая рук, трудилась у семейного очага, устраивая тыл и быт, а мы с сынишкой путешествовали, развлекались, удивлялись, в общем, развивались и росли. Папа, кстати, присоединялся к нам так часто, как только мог.
Как раз в то время я увидела передачу о каком-то островном племени. Поразила меня одна вещь – женщины, имевшие детей, держали ребятню на руках, и почти все поглаживали своих чад. Месяцем позже, просматривая очередной познавательный фильм про Индию, я снова обратила внимание на то, как носят при себе детей индийские мамы. А когда в переходе метрополитена встретила кочующих с младенцами на спинах цыганок, то открыла для себя приятную закономерность: в постоянном соприкосновении с мамой все дети были абсолютно спокойными.

Видимо, у матерей, живущих вблизи природы, и мысли нет о том, чтобы расстаться с ребёнком. А крохи и не подозревают, что таких как они, могут лишать блаженной защиты, чтобы уложить спать в пустую кроватку, или для пеших утомительных переходов по маркетам и другим маминым делам.

Как можно представить и понять малышам, что такое необходимое им тепло, молоко и заботливые руки могут уйти на работу на целый день, потому что это важно?

Что может быть главнее, чем их, маленьких крох, состояние блаженства и чувство полной безопасности?

Задумавшись о роддоме, я вспомнила, как с вместе с другими роженицами сутки прождала в освобождённой под несколько коек столовой (летом в соседнем роддоме был очередной ремонт), когда мне принесут сыночка, и как он мгновенно узнал меня, перестал жалобно хныкать и сходу нашёл по запаху грудь. В самые первые сутки, в самые странные и трудные для него часы жизни он, как и многие поколения новорожденных в системе, был лишён единственного, что знал и чувствовал прежде – тела своей матери. Её голоса, её сердцебиения, её дыхания…

Потом он снова был лишён этого, с возвращением домой, когда пространство заполнилось другими вещами, дающими новые впечатления. Вокруг появилось много любящих людей, папкин уверенный голос, ветер и солнце, молоко и мамины – бабушкины – папины руки, и кроватка для сна. Только в кроватке всё это исчезало одновременно, оставляя один-на-один с самим собой и с еще неизведанным миром. Со временем стала исчезать и мама, особенно неуютным это казалось вечером, перед сном.

С тех пор, как я осознала, насколько сильно нужна ребёнку защита, проявленная близостью материнского тела, жизнь неуклонно продолжала расставлять акценты на эту тему.

Все чаще я стала просто обнимать своего Андрюшу, баловать массажами, плавать вместе с сыном в бассейне. Приходили новые знания, практики, литература. Я много узнавала о чувствах и ощущениях, о Любви и Страхе, о том, что последствия наших поступков и проступков непредсказуемы.

Очень многое раскрывалось в древних учениях и в трудах признанных учёных. Тантра и йога помогали познанию возможностей тела и души. Антропософия и буддизм – умению определять и удовлетворять его потребности в разумных пределах, а психология – читать по телу о душевном состоянии ребёнка.

Точки над «I» расставили мои младшие дети. Когда Андрюше исполнилось пять с половиной лет, родился Макар. Его рождение произошло дома и стало праздником; никаких посторонних лиц, мягкий выход в воду, в сильные и родные руки отца и целые сутки на пуповине, пока связь пульсировала…

Второго сынишку уже не торопились поскорее спровадить в кроватку (тем более, что кормили крошку не по родительскому расписанию, а по его, малыша, потребности, то есть и ночью). Вскоре старший брат пошёл в школу, тогда кроватку и вовсе пришлось заменить на письменный стол – метраж вынуждал выбирать что-то одно. Бабулечки нашей уже не стало; быт, муж, двое мальчуганов и прочее вынуждало меня много перемещаться по кухне, квартире, и остальному ближайшему миру.

Тут очень выручали слинги. Мне трудно припомнить зачем и сколько раз я брала в них старшего сына, но с младшим, благодаря модернизированному подобию цыганского платка, мои ноги, а иногда и руки, были развязаны и свободны для домашних дел.

Я сильно беспокоилась о душевном комфорте старшего – Андрюшки, поэтому у него был безграничный доступ к брату. Сын сам пробовал делать младшенькому массаж, гладил животик и учил купаться в ванной. При этом он тоже всегда получал приятные почёсывания по спине, расчёсывания волос, и другие прикосновения, подтверждающие его значимость для меня.

Но настоящее кочевничество началось с рождением дочурки. Два широких дивана на пятерых, на выходные борьба за право спать с папой, смена комнат во время дневного сна, беззаговорочный союз с мамой в случае заболевания и т.д.

Теперь я сама убедилась в том, что нерастраченные на страхи, беспокойство и неуверенность силы детского организма используются по назначению: мои младшие дети более публичны, открыты новому и умеют постоять за себя, хотя совсем неагрессивны.

Старший сын растёт благородным парнем, но его сознанию, к сожалению, уже привиты неуверенность в благополучии и сомнения в собственных силах. Я уверена: моя Любовь и вселенская мудрость помогут наверстать моему первенцу те силы, которыми я так легкомысленно распоряжалась в его младенчестве.

Сейчас же радуюсь тому, как мои дети относятся к самим себе: как любят познавать себя, рассматривая и сравнивая, проявляя интерес к своим и чужим, порой непохожим частям тела.

Желание творить они реализуют красочными росписями по телу любыми подручными материалами – такой своеобразный боди-арт. Желание совершенствоваться – во всех совместных подвижных играх. Проявляют искренние чувства через объятия, поцелуи и трогательные поглаживания. Пребывая в маминой ауре (а ее влияние ослабится как раз к семи годам, к выходу в школу), они смогли детальней, чем сверстники присмотреться к окружающему миру, глубже продумать и прочувствовать полученные опыт и знания, даже в таком раннем возрасте научились обосновывать и оценивать поступки и события.

Конечно, мои сорванцы самостоятельные и любопытные, как все человеческие детёныши. Они не живут под маминой юбкой и в их жизни встречаются стрессы, испуги и травмы. Распознать пораньше и преодолеть их полегче мне помогает телесное общение: наблюдение за физиологией, развивающие подвижные игры, массаж и биодинамика, дыхательные гимнастики и любимейшие, полезнейшие пальчиковые игры. Я, не страшась разбаловать детей (корни этой проблемы отнюдь не в проявлении материнского тепла), откликаюсь на их требование в помощи и защите. В такие моменты мы счастливы, ибо жизнь на самом деле не страшна, а очень интересна.

Марина Выговская
специально для Happymama.com.ua

Комментарии

1. А вы больше диванов не собираетесь покупать?

   — Руслан · Окт 11, 01:30 · #